Русская Православная Старообрядческая Церковь

Старообрядцы Сибири в панораме веков

О кержаках в Сибири, «каменщиках» или «бухтарминцах» на Бухтарме, «двоеданах», о «семейских» в Забайкалье, «поляках» на Алтае, о староверах-переселенцах в Якутии и на Дальнем Востоке пишет исследователь истории забайкальского старообрядчества Фирс Федосович Болонев.

Старообрядцы в Маньчжурии, село Романовка в 30-е годы
Старообрядческая семья. Село Романовка в Маньчжурии. 1930-е гг. Фото Ямадзоэ Сабуро

Литература о русских старообрядцах огромна [1]. Библиография о них составляет несколько томов. Сочинения о них поражают своей противоречивостью мнений и суждений. Нет в существующей литературе о старообрядцах Сибири одинаковых оценок, ибо писали о них люди разных общественных и политических взглядов и направлений. Большая часть из них относится к официальной историографии, были зависимы от властей церковных и светских или являлись миссионерами, проводниками и идеологами никонианского направления. История староверия в России официальной историографией преподносилась превратно. Негативно оценивалась роль старообрядцев в истории России. Они чаще всего рассматривались как консервативная, фанатичная, невежественная масса. Этот подход к изучению старообрядчества можно кратко охарактеризовать как «примат концепции над фактом». Преданность старине рассматривалась как тормоз, как движение назад. Между тем сохранение пережиточных явлений, стабильность традиционного развития, по мнению французского исследователя А. Леруа-Гурана, составляет основу этнокультурной непрерывности: «Народ является самим собою лишь благодаря своим пережиткам». Старообрядцы сохраняли традиции и культуру, выработанные в дониконианский период, ни на йоту не отступили от древних заветов, преданий и канонов, принятых еще при Иване Грозном. Хотя идеология понятия «Москва — Третий Рим, а четвертому не бывать» зародилась еще ранее.

В XVI в. в письме монаха Феофила Псковского, адресованном великому князю Московскому Василию III, чье правление пришлось на период между Иваном III и Иваном IV Грозным, была ясно н уверенно выражена политика России. Он писал:

«Церковь Древнего Рима пала из-за своей ереси, врата Второго Рима-Константинополя были изрублены топорами неверных турок, но церковь Московии — Нового Рима — блистает ярче, чем Солнце во всей Вселенной... Два Рима пали, но Третий стоит крепок, а четвертому не бывать» [2].

Эта же концепция была принята на Стоглавом соборе 1551 г. при Иване Грозном. Такая государственная идеология была закреплена и поддерживалась государями вплоть до реформ Никона и царя Алексея Михайловича. Естественно, она была и на вооружении старообрядцев. Никон совершил святотатство.

Стоглавым собором 1551 г., созванным митрополитом Макарием при содействии царя Ивана Грозного, была подтверждена правильность и спасительность двуперстного знамения и сугубой аллилуий:

«Если кто не знаменуется двумя перстами, как и Христос, да есть проклят».

Староверы, не признавшие нововведений Никона, были поставлены в унизительное положение. По указу Петра I от 8 февраля 1716 г. постановили: «... с раскольников... брать вдвое и им раскольникам по прежним же его Императорского величества указам ни у каких дел начальниками не быть, а быть токмо в подчиненных» [3]. Так были унижены русские люди, не признавшие реформ Никона.

Их правовое положение по сравнению с другими гражданами России было намного хуже, хуже католиков и протестантов, мусульман и буддистов. Но система гонений за веру отцов, за обряды предков сплотила старообрядцев, выработала в их среде черты трудолюбия, предприимчивости, трезвости, здравомыслия. Это положение довлело над старообрядцами и в ссылке в Сибири. Они всегда умели довольствоваться малым, труд для них был необходимым средством постижения и обретения благочестивого жития... Человек труда всегда был уважаем и почетен в их среде. Важно отметить особенность старообрядчества. Находясь в оппозиции официальной церкви и властям, староверы не принесли зла России, а наоборот, всячески содействовали ее развитию: расширяли границы империи, осваивали труднодоступные территории, создавали промышленность, сохраняли ее лицо. В.Г. Распутин писал:

«Мы должны быть благодарны старообрядчеству за то, в первую очередь, что на добрых три столетия оно продлило Русь в ее обычаях, верованиях, обрядах, песне, характере, устоях и лице. Эта служба, может быть не меньше, чем защита Отечества на поле брани» [4].

Следует добавить, старообрядцы восстали против никчемных реформ, против порчи русского Мира, против латинизации. Они восстали против раскола русского бытия, а их, вопреки здравому рассудку, назвали раскольниками и стали жестоко преследовать. А ведь раскол произошел по вине патриарха Никона и царя Алексея Михайловича с их западными подельниками в лице архимандрита Дионисия, Паисия Лигарида, бывшего иезуита, осуществлявших по заданию Ватикана идеологическую и политическую диверсию.

В дальнейшем латинизация России пошла семимильными шагами. Реформаторам от Петра I до большевиков нужен был миф об отсталости русского народа, с этой целью они проводили реформы, копируя западные образцы. Старообрядцы не желали признавать иностранных порядков. За это терпят страшные гонения. Сторонники старой веры, уходя от преследований, побежали на окраины России, в том числе в Сибирь.

Сибирь была не только местом ссылки и каторги, как об этом писали многие авторы книг об этом огромном крае. По данным А.А. Лебедевой, в 1866 г. ссыльные (каторжные, ссыльнопоселенцы, политические) составляли 7 %. Сибирь заселялась отборным народом, значительную часть которого составляли старообрядцы, которые бежали сюда, спасаясь от крепостничества и религиозных преследований, сохраняя свое русское достоинство. Очень много староверов пришли в Сибирь из Нижегородской губернии с р. Керженца, вот почему в Западной Сибири за старообрядцами закрепилось название «кержаки». Часть «кержаков» проникла в Горный Алтай, в «камень», где получила название «каменщиков», или «бухтарминцев», поселившихся в бассейне р. Бухтармы.

Бухтарминские старообрядцы. Прядение льна
Бухтарминские старообрядцы. Прядение льна

Большие группы русских беглых людей — старообрядцев в XVII — начало XVIII в. бежали в пределы Украины, Белоруссии, Польши, где ими было основано большое количество слобод в районах Ветки, Гомеля, Стародубья, в Подолии. В 1735 г. и в 1764 г. русское правительство при помощи военной силы выгнало их из Польши и в 1764-1768 гг. поселило одну часть на Алтае, которые здесь получили название «поляки», другую, более крупную группу поселили за Байкалом в 30 селениях. Там они тоже сначала назывались «польскими выведенцами», «польскими колонистами», но затем за ними закрепилось название «семейские», так как были выведены «ис поляков» целыми семьями и поселены ш Забайкалье. Эти две наиболее крупные этноконфессиональные группы в своей истории и культуре имеют много общего. При выгонке из пределов Польши они были насильственно разделены. По найденным мною документам, 14 партий были направлены на Барабу и в Забайкалье, 8 партий на Алтай.

Старообрядцы юга Сибири были лучшими земледельцами в крае. Они оказали огромное влияние на развитие земледелия. Семейские в Забайкалье стали первыми в Сибири применять при пахоте плуг — более совершенное орудие для вспашки поля. В 1808 г. о них восторженно отозвался Н.И. Трескин, иркутский губернатор, известный своим вымогательством и взяточничеством. Плуг был отмечен и у поляков Алтая. Хлебом в трудные годы семейские снабжали Иркутск. При освоении Амура основные поставки хлеба шли от забайкальских старообрядцев. Об этом сообщает в своей книге «Сибирь и каторга» С.В. Максимов, побывавший там в 1860 г. Второе, важно отметить, что пасечное пчеловодство возникло в Усть-Каменогорском уезде в XVIII в. у старообрядцев — поляков. У богатых поляков насчитывалось до 1000 ульев. Крупнейшим центром пчеловодства стал южный Алтай — Бухтарминский край. Обилие трав-медоносов способствовало развитию пчеловодства. Со второй половины XIX в. появляются рамочные ульи. Мед из Бухтарминской долины славился своими превосходными качествами. Его закупали купцы и местные скупщики и отправляли на Ирбитскую и Нижегородскую ярмарки. Старообрядцы Сибири были пионерами освоения новых земель на территории юга Сибири (Бухтарма), Восточной Сибири и Дальнего Востока. В Бухтарму, за Камень устремились во второй половине XVIII в. группы предприимчивых людей и без единого пуда пороха была заселена Бухтарминская долина, на которую претендовал Китай. Екатерина II взяла каменщиков-бухтарминцев под свою опеку, наложив на них двойную дань. Вот почему некоторые группы старообрядцев называются «двоеданами».

Семья В.С. Атаманова. Верх-Уймон, август 1926 г.
Семья Варфоломея Семеновича Атаманова. Алтай, Верх-Уймон, август 1926 г.

В середине XIX в. от Верхнеудинска до Читы был построен новый тракт, названный Читинским. Обустройство его и заселение легло в основном на плечи семейского крестьянина. Ряд селений по верховью р. Хилок были населены выходцами из семейских сел Верхнеудинского округа. За последние 5 лет мной найдены новые архивные документы о переселении на этот тракт, а также на Амур, Приморье, Сахалин целых семейств из разных сел Тарбагатайской волости [5].

Улица в п. Тарбагатай, Бурятия
Улица в семейском поселке Тарбагатай, Бурятия

В 1851-1852 гг. южнее Охотска был основан новый порт Аян. К нему из Якутска нужно было проложить надежный тракт и заселить его людьми свободного состояния и одобрительного поведения, возраст мужчин не должен превышать 45 лет, женщин — 40 лет. Переселенцам были определены следующие льготы и пособия: с них слагались все недоимки прежних лет, их освобождали от платежа податей и повинностей и навсегда от повинности рекрутской, казна снабжала их в течение первого года мукой по 2 пуда на месяц на каждую душу муж. пола старше 15 лет и по пуду на женщин и детей без всякой платы. Казна наделяла их орудиями земледелия, охоты и рыболовства, а также безденежно снабжала одеждой.

На Аянский тракт прибыло из Забайкалья 102 семьи, включавшие 589 человек. В основном это были семейские (старообрядцы). Мне удалось найти эти списки и рассмотреть всю эпопею этого переселения и освоения [6]. Автор «Обломова» и «Фрегата “Паллады”», возвращаясь из кругосветного путешествия по этому тракту, записал:

«Русские все старообрядцы, все переселенцы из-за Байкала. По Мае всех станций 21 по 30-35 и сорок верст каждая. Переселенцев живет по одной, по две, по три семьи. Женщины красивы, высокие ростом, стройны и с приятными чертами лица».

Уже тогда староверы Забайкалья занесли в суровую Якутию зачатки хлебопашества и начали выращивать овощи. И.А. Гончаров пишет:

«Не веришь, что едешь по Якутской области, куда бывало ворон костей не занашивал, — так оживлены поля хлебами, ячменем, даже мы видели вершок пшеницы, но ржи нет» [7].

В 1867 г. с прекращением деятельности Российско-Американской компании и установлением морского пути с Камчаткой почтовый тракт на Аяне был закрыт. Семейским крестьянам было предложено переселиться на Амур. 50 семей изъявили желание переселиться, предварительно послав туда ходаков.

Часть семей остались в селении Павловском, и они до сих пор там живут. В Павловске старообрядцами построен храм во имя Рождества Пресвятой Богородицы... 50 семей ушли на Амур, а оттуда переселились в Приморье, где крестьяне наделялись землей по 100 десятин на семью. При основании г. Владивостока участвовали наши семейские. Один из них — купец Феопен Никитич Малютин, выходец из с. Бурнашево, в 1894 г. входит в состав Владивостокской городской думы. Во Владивостоке проживал с 1870 г. Несколько семей вернулись в Забайкалье в родные села и их стали называть «аянскими».

Итак, мы видим, что старообрядцы Забайкалья с начала их поселения за Байкал-озером на местах песчаных и каменистых развели успешное хлебопашество. По отзыву губернатора Трескина, «они и камень сделали плодородным», а в Якутии на вечной мерзлоте стали получать урожаи овощей и хлебов. Кое-где распаханные пашни стали оседать, проваливаться, прогретые солнцем; мерзлота отступала, но мстила человеку за вторжение.

Трудолюбие староверов удивляло и поражало людей на разных материках н в странах. В Румынии старообрядцы названы «бульдозер с бородой», так как поселенные в болотах, они строят отводные каналы и осваивают земли, которые до них никто не пытался окультурить.

Говорить о численности староверов трудно. Учет старообрядцев был затруднен. Они не признавали метрических книг, скрывались от переписи населения. Но некоторые данные попадали в печать. Так, газета «Забайкалье» (1902, № 24) опубликовала следующие данные о количестве старообрядцев по областям Сибири. Всего в этом году старообрядцы составляли 4,15 % населения. Причем наибольший их процент падает на Амурскую область — 11,89 %, в Забайкалье их было 5,14, в Томской губернии — 5,14, Тобольской — 5,04 %.

Думаю, что в этих данных процент старообрядческого населения явно занижен. В свое время академик Н.Н. Покровский пришел к выводу, что данные учета записных раскольников слишком не надежны для сопоставления сведений о распространенности раскола в разных районах Сибири... Мне тоже не однажды приходилось встречаться с некоторой ненадежностью архивных документов. Даже ревизские сказки при основной переписи в отдельных деревнях оказывались неполными. В них были упущены лица мужского пола, облагаемые податью. Позже вносились дополнительные списки.

Семейские-старообрядцы Бурятии: крестьянская семья
Семейские. Крестьянская семья

Жизнь старообрядцев в 1920-30-х гг. пока что нам менее всего известна. Мало кому известно, что против раскулачивания, против насилия над крестьянством новой советской власти старообрядцы первые в Забайкалье организовали бунты, восстания. В 1928 г. взбунтовалась Бичура, так как во время страды, во время уборки хлеба стали массово забирать парней на службу. В 1931-32 гг. произошло восстание в семейских селах — Никольском, Хонхолое Мухоршибирского района Бурятии. Естественно, они были жестоко подавлены... Я встречался с очевидцами этих событий, но люди не хотели говорить на эту тему. Старики обычно поднимались и уходили. В эти годы в Забайкалье были закрыты почти все старообрядческие церкви и часовни, молитвенные дома. Считают, что их было более 80... Пострадали самые активные люди, сделавшие своим неустанным трудом много полезного в своих селах. Население сел сократилось в иных селах наполовину.

25 февраля 1930 г. заседанием Тройки при политическом представительстве ОГПУ по Сибирскому краю к расстрелу приговорены крестьяне с. Большой Куналей: Корней Артемьевич Семенов, Григорий Федорович Ковалев, Софон Семенович Болонев, Тит Титович Иванов, Иван Трофимович Иванов, Корней Федорович Ковалев, Петр Петрович Ионицкий, Матвей Митрофанович Гребенщиков, Влас Григорьевич Гусляков, Ефим Варфоломеевич Антонов. Их семьи высланы на север [8]. О Софоне Семеновиче Болоневе и Тите Титовиче Иванове мне кое-что удалось узнать. Первый, будучи председателем сельпотребсоюза, организовал и перевез из Ганзурино паровую мельницу. Она до сих пор работает. Тит Титович жил на хуторе под Баром. Был большой любитель пения. Все его дочери были хорошими песельницами и других учили семейскому пению. Об этом мне сообщил Иван Андреевич Рыжаков, который жил на Барке вместе с Т.Т. Ивановым.

Несмотря на гонения и извечное стремление укрываться в лесах, жить вдали от мирской суеты, многие из староверов приобщались к достижениям новой жизни. Активно участвовали в общественной жизни. В годы войны все мужское население от 18 до 50 лет были призваны на фронт, беззаветно и храбро защищали Родину. Все, кто остался в тылу, вносили свой вклад на основе лозунга: «Все для фронта, все для Победы!» Старообрядцы разных областей вносили свою посильную лепту, посылая свои сбережения для защиты Родины.

Так, в Томской области один из старообрядцев Е.Я. Дубовик внес 25 тыс. рублей из своих личных сбережений на вооружение Красной армии [9]. В Бурят-Монгольской АССР в с. Большой Куналей семья Васильевых из колхоза «Победитель» внесла в фонд обороны 10 тыс. рублей. А комсомолец Филипп Болонев сбережения всей его семьи в сумме 100 тыс. рублей направил на строительство самолета «Комсомолец Бурят-Монголии». И получил от Сталина правительственную телеграмму: «Прошу принять мой горячий привет и благодарность Красной Армии за внесенные 100 тысяч рублей на строительство боевого самолета».

В Бурятии из среды старообрядцев 5 участников ВОВ, проявив боевой дух и храбрость, стали Героями Советского Союза.

Более 300 лет назад М.В. Ломоносов, выходец из старообрядческой среды, пророчески писал: «Российское могущество будет прирастать Сибирью и Северным океаном». И действительно, мы видим, что доля Сибири в добыче газа составляет 91 %, угля — 72, нефти — 72 %, что валютными поступлениями оказывается теми же 70 % (Завтра, 2010, № 5). Стали ли мы, сибиряки, от этого богаче? Россия устала от наших двух столиц с их неизменной ориентацией на запад и преклонением перед его цивилизационными и духовными ценностями. Москва и Петербург на протяжении столетий высасывают из восточной части страны все соки: финансовые, товарные, ресурсные и человеческие — взамен давая чрезвычайно мало [10].

А между тем в будущем значение восточных регионов страны с их запасами полезных ископаемых и питьевой воды будет только возрастать. К тому же Сибирь, имеющая суровый и чудесный ландшафт, где произошел уникальный сплав русского этноса с другими коренными народами Сибири, в котором значительную роль играют и поселившиеся здесь старообрядцы.

Этот край стал перекрестком культур и верований, где свободно уживаются официальное православие, старообрядчество, буддизм, бурханнзм и языческие культы.

Сибиряки не однажды спасали Россию во время событий 1812 и 1941 гг. Тогда во время решающих событий сибирские полки преломляли ход событий, выигрывали сражения. В этих сражениях участвовали и старообрядцы. Мне удалось найти документы о кавалерах ордена св. Анны, выходцах из забайкальских старообрядцев, участников боев под Аустерлицем и вообще в войнах с Турцией и Францией [11].

В заключение отмечу твердыни старообрядчества: старая вера, традиционный быт, социально-конфессиональные связи, взаимопомощь. В семье строго соблюдались духовно-нравственные идеалы: любовь к младшим, уважение к старшим, помощь попавшим в беду, верность слову, дружелюбие, половозрастное распределение труда, запреты курения, трезвый образ жизни, знание родословных, любовь к книге на старославянском языке.

В их быту воспитывались основные эстетические идеалы: представления о красоте и гармонии в природе, разумно устроенной Богом, любовь к иконе, торжественному богослужению, красоте и опрятности народной одежды, любовь к фольклору, пению. Все это создавало известную гармонию отношений и придавало уверенность в правильности выбранной веры, старых обрядов, создавало духовно-психологический комфорт в семье, общине. Все это вкупе с трудолюбием возвышало старообрядцев.

Этнограф Г.М. Осокин в начале XX в. отметил:

«Ведя более правильную жизнь, не злоупотребляя вином, табаком, распутством, семейские дали краю крепкий, здоровый, сильный и красивый тип населения» [12].

То же можно сказать и о других группах старообрядцев в Сибири и на Дальнем Востоке.

Примечания
  • 1. Беликов Д.Н. Старинный раскол в пределах Томского края. Томск, 1905; Бломквист Е.Э., Гринкова Н.П. Бухтарминские старообрядцы. М., 1930; Болонев Ф.Ф. Народный календарь семейских Забайкалья (вторая половина XIX — нач. XX в.). Новосибирск: Наука, 1978; Он же. Семейские. Улан-Удэ, 1992; Он же. Старообрядцы Забайкалья в XVIII-XX вв. Улан-Удэ: Изд-во БНЦ СО РАН, 2009; Он же. Старообрядцы Алтая и Забайкалья: опыт сравнительной характеристики. Изд. 2-е. Барнаул, 2001; Покровский Н.Н. Антифеодальный протест урало-сибирских крестьян-старообрядцев в XVIII в. Новосибирск: Наука, 1974; Покровский Н.Н., Зольникова Н.Д. Староверы-часовенные на востоке России в XVIII-XX вв. Проблемы творчества и общественного сознания. М., 2002; Татаринцева М.П. Старообрядцы в Туве. Историко-этнографический очерк. Новосибирск: Наука, 2006.
  • 2. Арнольд Дж. Тоинби. Цивилизация перед судом истории. Мир и Запад. М.: Астрель; Владимир: ВКТ, 2011. С. 163.
  • 3. РГИА, ф. 796, оп. 44, д. 34, л. 6.
  • 4. Распутин В.Г. Россия: дни и времена. Иркутск: Письмена, 1993. С. 176.
  • 5. Болонев Ф.Ф. Амурская эпопея в XVII и XIX веках. Переселение старообрядцев (семейских) на восток России (XVIII — нач. XX в.) Новосибирск: Изд-во НГУ, 2013.
  • 6. Болонев Ф. Ф. Семейские..., с. 65-82.
  • 7. Гончаров И. А. Фрегат «Паллада». Л., 1986. С. 512.
  • 8. Ростовцев А. Три креста. Очерки о репрессиях, с. 96-102.
  • 9. Бардина П. Е. Этнокультурная история населения Западной Сибири: сб. Томск: Изд-во ТГУ, 1978. С. 143.
  • 10. Там же.
  • 11. Болонев Ф. Ф. Сокровища земли Тарбагатайской. Улан-Удэ; Иркутск, 2012. С. 160-165.
  • 12. Осокин Г. М. На границе Монголии. Очерки и материалы к этнографии Юго-Западного Забайкалья. СПб., 1906. С. 65.

Автор: Фирс Федосович Болонев, д-р ист. наук

Источник: Болонев Ф.Ф. Семейская живая старина за Байкалом. Очерки истории, культуры, быта и межэтническое взаимодействие: сб. науч. ст. — Улан-Удэ, 2015. С. 89-98.

Yandex.Zen
Подписывайтесь на канал «Алтайский старообрядец» в Яндекс.Дзен.
Комментарии
Старообрядчество в интернете
HotLog